А тогда, в первый день, я вспомнил разговор с приятелем перед отъездом из Москвы.
— Куда теперь? — спросил он.
— В Бразилию, если пустят,— сказал я.
— Рио-де-Жанейро, все в белых штанах.— Усмехнулся он.
— А что еще тебе приходит в голову, когда ты слышишь слово «Бразилия»? — спросил я.
— Пеле, карнавал и «много, много Педров»,— ответил он голосом артиста Калягина из фильма «Здравствуйте, я ваша тетя».
Если человек вот с такими представлениями о Бразилии попадает в один из крупнейших городов страны— Рио или Сан-Паулу, то первое, о чем он потом напишет, будут бесспорно потрясающие цифры: Бразилия— это 138 миллионов жителей, 8,5 миллиона квадратных километров территории, богатой золотом, ураном, бокситами, железом, это седьмое место в капиталистическом мире по валовому национальному продукту. Страна — производитель и экспортер машин и оборудования, конкурент самых развитых капиталистических стран на рынке информатики... А что будет к 2000 году, если сегодня темпы роста страны составляют 6—8 процентов в год?
Удивление и восхищение Бразилией закономерны. Но если репортер останется в стране еще на неделю, он увидит и нечто другое: на северо-востоке Бразилии средняя продолжительность жизни — всего 50 лет, безработные и полубезработные составляют 25 процентов экономически активного населения, половина бразильцев распределяет между собой 14 процентов национального дохода, в то время как 5 процентов населения получает более его трети. Эти цифры означают, что в бедственном положении находятся десятки миллионов людей — рабочих и крестьян. Медицинское обслуживание народа отсутствует, образование в провале— 30 процентов неграмотных... Есть вещи, которые могут ужаснуть любого европейца: в Бразилии два миллиона брошенных детей!
В общем, рассматривая Бразилию на большой скорости, мы придем всего лишь к надоевшей, но спасительной формуле — «страна контрастов».