| Дворец Такона |
|
Теперь дворец Такона — Музей города Гаваны.Точно такой двор можно встретить во многих дворцах Севильи и Андалусии... И деревья, и огромные кувшины-тинахи под водостоками, и даже птички поют так же, как там. Вкусы у строителей европейские. Балконы и галереи сделаны так, чтобы солнце никогда не попадало в комнаты. Но если присмотреться внимательно, то среди чисто европейских завитков барокко можно вдруг увидеть ананас. Это уже колониальный мотив! Местный мастер не упустил возможности проявить свое искусство. Колония здесь чувствуется во всем. И в том, что денег на строительство отпустили мало. Метрополия-то бедна. Поэтому губернаторские покои разместились только в середине второго этажа, а слева и справа — тюрьма и трибунал, который притеснял всех. Для того чтобы покрыть расходы на строительство «монумента королевской власти», пришлось первый этаж дворца сдать в аренду торговцам. Легко можно представить, как ранним утром они заполняли нижние помещения дворца, выставляли лотки с рыбой, мясом, овощами, загораживали проходы тележками, а «благородные» протискивались между ними и слушали базарную брань. Да и кто они были сами, эти «благородные»? Такие же торговцы, только черным товаром. «Негрерос» — презрительно называли их на Кубе. «Живой товар» размещался неподалеку, в бараках. Бараки жались к дворцу, к домам торговцев и ремесленников. В Гаване было тесно. Стена сжимала город. Улочки узкие. Деревянные постройки горели, гибли от частых пожаров. Деревянную Гавану много раз сжигали пираты, восставшие рабы... Ее строили снова. Теперь уже по плану, но улочки оставались такими же узкими, как раньше. В королевском Кодексе Индий записано: «В местах жарких строить улицы узкими, в холодных— широкими...» Оказывается, это была забота монарха о подданных в далеких землях. Узкие улочки должны были, по его разумению, давать тень и прохладу. В Гаване давно уже научились добывать прохладу по-иному, но строили все те же улочки. Это был своеобразный культ верности короне и гарантия собственного благополучия: испанцы боялись разбогатевших креолов и каждое местное новшество воспринимали как угрозу устоям. Дворец Такона должен был стать монументальным подтверждением нерушимости колониальной системы. Таким он и получился: тяжелым, серо-бурым — подлинным портретом эпохи. Веселое беспечное барокко не спасло... |