«Жигуленок» пылит по грунтовой дороге еще минут двадцать, и мы оказываемся у комплекса — свинофермы «Вилорио». Комплекс новый, «с иголочки». Вокруг сетка, ограждения. Дежурный у ворот. На въезде яма с жидкостью для обработки колес машин.
— Старый комплекс находился вон там,— говорит Хосе и показывает мне поросшую низкой травой огромную площадку.— Его сожгли и сровняли с землей... После почти двух лет карантина новый комплекс начал продавать поросят на откорм.
— Какой ущерб нанесла эта эпидемия? — спрашиваю я.
— В национальной валюте — двадцать один миллион песо. Но кто учтет ущерб, вызванный простоем рабочей силы, расходами на переориентацию хозяйственной деятельности крестьян? Наконец, моральный ущерб?
Встреча с руководителем национального штаба борьбы с эпидемией свиной чумы, генеральным директором Национального центра санитарии сельского хозяйства доктором Росой Еленой Симеон состоялась в Гаване. Вот вкратце содержание нашей беседы.
— Как удалось обнаружить первые очаги эпидемии?
— После эпидемии тысяча девятьсот семьдесят первого года по всей стране велось наблюдение. И по первому сигналу с места была объявлена тревога. Как вам, наверное, говорили в Гуантанамо, вспышку чумы зарегистрировали в частном хозяйстве неподалеку от порта Баракоа. Первая гипотеза появления свиной чумы исходила из предположения, что вирус занесен гаитянами. Они отправляются в плавание на самых неподходящих транспортных средствах, часто терпят бедствие и высаживаются в Гуантанамо, где просят помощи. Баракоа, правда, в семидесяти с лишним километрах от этого места, и потерпевшие могут находиться только в строго отведенном месте. Но мы предположили, что именно они занесли вирус. Свиная чума на Гаити — обычное явление. Эту гипотезу мы начали, однако, проверять экспериментально. Бригады ветеринарной службы разыскивали всех павших за последние месяцы животных. Крестьяне не сжигают свиней. Они их закапывают. Мы вскрывали захоронения и искали вирус в костях животных. Вирус сохраняется в костном мозге в течение восемнадцати месяцев.
— К этому времени вам уже удалось определить, что причина болезни — вирус чумы?
— Мы установили диагноз в рекордный срок — шесть дней. Помог опыт эпидемии семьдесят первого года. Тогда на определение диагноза у меня ушло четыре месяца.
— Вы говорили о гипотезе заноса вируса. Она подтвердилась?
— Нет. Результат исследования показал, что на месяц раньше чума появилась на одном из государственных предприятий в Вилорио, на западной границе провинции. Из Вилорио свиней везли в Баракоа, где находится бойня. Судя по всему, частник заразил своих свиней отходами производства с бойни, которые брал для откорма.