Строительство, ремонт, материалы - диагностика двигателя. Двигатели - ремонт. . Точка продаж - промоутеры. Проверка рекламных акций.
Пятнадцать минут ходьбы от дверей «Карибе»

Если все же едешь пьяный и тебя преследует полиция — не убегай и не оказывай сопротивления. В этой стране сопротивление полиции — уголовное преступление. Как все изменилось... Я помню, в начале 70-х годов морские пехотинцы США считали нормальным развлечением подебоширить в городе, отлупить «туземца», ограбить лавку, пристать на улице к девушке...
Пятнадцать минут ходьбы от дверей «Карибе» — и окажешься на площади 5 Мая. Я хорошо помню эту площадь, заполненную народом. Люди стояли так плотно, что невозможно было пошевелить рукой. Панамские граждане пришли сюда, чтобы послушать генерала Омара Торрихоса, который должен был говорить с ними о канале. И люди приехали со всех концов страны. С пяти утра они заполнили площадь и ждали.
Нас, журналистов, привезли сюда часам к девяти (Торрихос должен был выступать в десять), и мы не могли пробиться к трибуне, чтобы сфотографировать его. Хорошо, что съемочная киногруппа Романа Кар-мена приехала заранее. Они-то и сняли теперь уже вошедшие в историю кадры фильма Кармена «Пылающий континент».
Торрихос умел говорить удивительно просто о самых саднящих душу ранах: «Какой народ может смириться с тем, что в самом центре его страны развевается иностранный флаг? Какой народ может стерпеть, когда на его собственной территории действуют, словно в колонии, законы другой страны?»
Потом Роман Кармен поехал с Торрихосом в деревню (я с ними не ездил, поскольку у меня, газетного репортера, были другие дела) и отснял там встречу генерала с крестьянами. Этот эпизод идет в фильме без перевода. Диктор лишь говорит: «Торрихос встречается с населением», а интересен в этом месте как раз испанский текст.
Торрихос: «Плохих народов нет. Есть плохие правители. Единственное, в чем нуждался панамский народ, так это в руководителе, хорошем руководителе. И вот он перед вами...» С этими словами генерал (не без затаенной улыбки) показывал на себя... Это была и шутка, и полная правда.